«Я живу лучшую жизнь». Чемпионка России Анастасия Томшина — о материнстве, декрете и неожиданно мощном сезоне после родов
В мае 2025 года биатлонистка Анастасия Томшина стала мамой — у нее родилась дочь. Казалось бы, впереди долгий декрет, плавное возвращение к тренировкам и постепенный вход в сезон. Но все пошло по другому сценарию: уже через несколько месяцев Настя начала полноценно тренироваться, а по итогам зимы не только стабильно попадала в призы, но и впервые в карьере выиграла чемпионат России.
В разговоре с Викторией Дмитриевой Анастасия рассказывает, как изменилась после рождения ребенка, почему ее раздражает разговор про «волшебные гормоны» и как ей удалось совместить режим младенца с суровой биатлонной реальностью.
***
— Еще в 2022 году ты говорила, что не ощущаешь к себе повышенного интереса, потому что у тебя нет громких титулов. Что изменилось к 2026 году?
— В целом ощущение шума вокруг меня не сильно увеличилось. Возможно, со стороны кажется, что внимание выросло, но я сама этого не чувствую. Сезон после декрета был для меня очень рваным, эмоционально сложным и одновременно удачным, но я по характеру максималистка. Условно мой внутренний «норматив» — это олимпийская медаль и подиумы Кубка мира. Чемпионат России, домашние старты — это где-то в середине пути. Да, я проделала огромную, качественную работу, да, мне повезло в ряде гонок, где удалось взять медали, но в своей голове я понимаю: это только этап, а не вершина.
— Если сравнить себя в 2022-м и в 2026-м — насколько это разные версии Анастасии Томшиной?
— Это вообще два разных человека. За эти годы у меня накопился такой багаж опыта, которого раньше просто не было. Сейчас я могу спокойно тренироваться по индивидуальному графику, который сама для себя выстроила и понимаю, почему он мне подходит. Я уже отчетливо знаю, какие нагрузки мне «заходят», а какие приводят к провалу, и могу использовать это знание без оглядки на общую группу.
Когда я была в команде, не всегда получалось учитывать индивидуальные нюансы: кто-то быстрее восстанавливается, кто-то медленнее, кому-то нужен дополнительный объем, кому-то — больше скоростной работы. Сейчас у меня больше свободы и, как ни странно, больше ответственности. Но именно это и дает ощущение роста: никто не мешает, никто не подгоняет под общий шаблон, и я сама отвечаю за каждое свое решение — и в тренировках, и на стартах.
— За последние несколько лет у тебя кардинально поменялась жизнь: семья, ребенок, новые роли. Единственное постоянство — биатлон. Тебя устраивает, как складывается карьера?
— Сейчас я очень четко чувствую: все в моей жизни происходит вовремя. И беременность, и то, как я к ней подошла, и как выходила из нее обратно в спорт — это цепочка очень правильных решений и большой удачи. Я благодарна, что получилось именно так: без травм, без слома психики, без огромного перерыва.
Конечно, отсутствие международных стартов — это серьезный минус. Но, что интересно, даже в таких условиях я ощущаю удовлетворение от того, что делаю. Я вижу развитие, вижу прогресс, понимаю, что не стою на месте. И это чувство для спортсмена иногда важнее, чем любые статусы и регалии.
— Есть распространенное мнение, что после родов многие спортсменки становятся только сильнее: приводят в пример именитых биатлонисток, легкоатлеток. Ты на себе почувствовала эти «волшебные свойства» материнства?
— Меня, честно, раздражает, когда все объясняют фразой: «Ну тебе сейчас просто повезло, гормоны помогают». В этот момент как будто обесценивается весь путь, который я прошла. Почти никто не спрашивает, как выглядел мой тренировочный процесс во время беременности, как я восстанавливалась после родов, какие решения принимала по нагрузкам.
Есть огромное количество индивидуальных факторов: в какой форме ты подошла к беременности, как вела себя все эти девять месяцев, насколько грамотно входила обратно в работу, как тебя поддерживал организм. В моем случае это была цепочка очень осознанных шагов.
Я безумно благодарна своему телу за то, как оно выдержало этот период. Когда у тебя плюс 15 килограммов, полтора лишних литра крови в организме, а ты при этом с хорошей координацией катаешься на лыжах с пульсом 140 — это не «магия гормонов». Это долгие годы тренировок, дисциплины и уважительного отношения к себе.
Я вернулась довольно спокойно и уверенно, без драм и провалов. Уже после первых стартов понимала: со мной все в порядке, я конкурентоспособна. Мне было с чем сравнивать — я много общалась с девчонками, которые тоже возвращались после родов, и видела, через какие сложности они проходили. На этом фоне я осознаю, насколько мне повезло с течением беременности и восстановлением, но за этим все равно стоит большой труд.
— В прошедшем сезоне ты брала медали практически на всех турнирах и впервые в карьере стала чемпионкой России. На фоне этого множества наград есть одна, которая для тебя особенная?
— Парадокс в том, что нет. Не было ни одной гонки, которую я бы заранее выделяла как «главную» или готовилась к ней как к вершине сезона. Моя ключевая цель на этот год была другая: вернуть свои физические кондиции и снова поймать те ощущения, которые у меня бывают, когда организм в хорошей форме и голова работает правильно.
Медали, титулы — это все шло как приятный побочный эффект. Да, приятно, что я наконец-то стала чемпионкой России, это галочка, которой раньше не было. Но для меня важнее внутренняя уверенность, что я могу бежать, стрелять и управлять собой на дистанции так, как считаю нужным.
— На чемпионате России в гонке преследования тебя дисквалифицировали: Анастасия Шевченко отстрелялась по твоей установке, а ты не разрядила обойму. Это самый болезненный эпизод зимы?
— Честно — уже нет, почти не вспоминаю. В тот день я получила хороший, жесткий, но полезный урок. Я неверно сориентировалась по регламенту. Мне казалось, что я себя «застраховала», когда вставила обойму в магазин и больше с ней ничего не делала. Оказалось, что этого недостаточно.
Правильным решением было бы просто поднять руку и дать возможность судьям самим разобраться в ситуации. Но в тот момент никто не сработал идеально. Я не подавала апелляцию, хотя возможность была. Думаю, и судьи свои выводы тоже сделали. Держать зло в таких ситуациях бессмысленно — спорт живет из ошибок и разборов.
Куда тяжелее я переживала не дисквалификации, а болезни. За сезон я разболелась раза четыре. И вот просыпаться утром в день гонки с температурой, понимать, что просто не выйдешь на старт, хотя готовился — это действительно было тяжело эмоционально.
Это, пожалуй, единственный яркий минус «выхода после родов»: организм не всегда был готов работать в том безумном графике, который у нас на внутренних стартах. Гонок слишком много, восстановление между ними — минимальное. С точки зрения физиологии и здоровья спортсменов наш календарь, на мой взгляд, должен быть ближе к формату Кубка мира, где нагрузки более выверены.
***
— Как тебе роль мамы? Насколько тяжело было перестроиться из режима «спортсменка 24/7» в режим «спортсменка и мама»?
— Я внутренне была готова к появлению дочери. Задолго до родов читала много литературы о беременности, о развитии малышей, о том, как выстроить быт так, чтобы ребенок рос в спокойной, комфортной среде, а не в постоянном стрессе. Это очень помогло.
Самые большие сложности были связаны не с материнством как таковым, а с логистикой. Бесконечные разъезды, сборы, перелеты, переезды между стартами — и все это надо совмещать с грудным ребенком, режимом сна, кормлениями. Но и с этим постепенно удалось справиться: мы с семьей выстроили систему, в которой каждый знает свою роль.
— Что именно помогло справиться с этой логистикой?
— В первую очередь — поддержка семьи. Без помощи близких все это было бы нереально. Муж, родители, родственники — все включились максимально. Когда я на сборах или стартах, я могу быть уверена, что ребенок в надежных руках. Это дает колоссальное спокойствие.
Мы заранее проговаривали разные сценарии: кто со мной едет на сбор, кто остается с дочкой дома, как организовать быт, если мне нужно уехать на две-три недели. Когда есть понимание и распределение обязанностей, исчезает вечное чувство вины — за то, что ты либо «недостаточно с ребенком», либо «недостаточно тренируешься».
— Многие женщины-спортсменки боятся, что после рождения ребенка карьера фактически закончится. Что ты им скажешь, исходя из своего опыта?
— Скажу честно: страх понятный и нормальный. Я сама его чувствовала. Но беременность и материнство — это не приговор для карьеры. Да, это очень серьезный этап, который меняет тело, психику, привычный уклад. Но при грамотном подходе это может стать не концом, а новой ступенью.
Важно не сравнивать себя с чужими историями. Кто-то возвращается через три месяца, кому-то нужен год, кому-то — два. У всех разная физиология, обстоятельства, поддержка. Смысл в другом: если женщина хочет вернуться в спорт — это возможно. Но надо быть готовой к тому, что это будет другой путь, не похожий на тот, который был до беременности.
— Ты говоришь, что стала «максимально разной» по сравнению с собой прежней. Что именно изменилось в тебе как в человеке и как в спортсменке после рождения дочери?
— Появилось очень четкое ощущение опоры внутри. Раньше биатлон был для меня всем: удачная гонка — я счастлива, не задалось — весь мир рухнул. Сейчас есть что-то гораздо более важное и глубокое, чем один старт.
Я стала спокойнее. Там, где раньше могла «гореть» из-за промаха или провального круга, сегодня просто делаю выводы и иду дальше. На дистанции появилась осмысленность: я бегу не «до смерти», а до того предела, который позволяет сохранять контроль. Это, кстати, сильно помогло и в стрельбе.
Еще одно важное изменение — я стала больше ценить время. Каждая тренировка, каждая минута сна, каждой возможности восстановиться — я не разбрасываюсь. Раньше можно было позволить себе «провиснуть», посидеть в телефоне, потерять час. Сейчас я понимаю, что этот час можно было провести с ребенком или использовать на качественный отдых. В итоге и тренировки стали осмысленнее, и отдых — настоящим.
— Как теперь выглядит твой обычный день, когда нет стартов, а есть тренировки и ребенок?
— Все завязано на режиме дочери. Утро — это всегда она: подъем, кормление, какие-то наши маленькие ритуалы, игры. Потом — первая тренировка. Когда я знаю, что ребенок в порядке и рядом с близкими, я могу головой уйти в работу, не дергаясь каждые пять минут.
После обеда — снова время с дочкой, прогулки, бытовые дела, которые никуда не делись. Вторая тренировка обычно приходится на время, когда она спит или когда кто-то из родных может полностью заняться ребенком. Вечером — семейное время.
Конечно, идеальным такой день бывает редко — всегда появляются форс-мажоры. Но в целом я стараюсь держаться этого баланса: тренировки должны быть качественными, но не за счет нервов и слез ребенка.
— Как на все это смотрит твой муж, биатлонист Василий Томшин?
— Василий — огромная часть всей этой истории. Он не просто принимает мою карьеру, он ее поддерживает и разделяет. Он понимает, что значит жить в режиме спорта, что такое подготовка, рубка за секунды, усталость, срывы.
Вместе нам проще искать компромиссы. Мы оба знаем цену каждому сбору, каждому старту. Мы оба строим планы, отталкиваясь от того, как это скажется и на нас, и на ребенке. И, наверное, поэтому сейчас я могу честно сказать: я правда живу свою лучшую жизнь. У меня есть семья, которой я горжусь и которую люблю, и есть спорт, который по-прежнему меня зажигает.
— Что дальше? Какие цели ставишь на ближайшие сезоны — если абстрагироваться от политических ограничений и думать только о спорте?
— Внутри у меня по-прежнему горит желание выйти на тот уровень, который я всегда для себя считала ориентиром: борьба за высокие места на крупнейших стартах. Я не перестала мечтать об олимпийской медали, о Кубках мира. Просто сейчас я более трезво оцениваю путь к этим целям.
На ближайший сезон задача простая и сложная одновременно: стать стабильнее. Сохранить физический уровень, который удалось набрать, уменьшить количество провальных стартов, решить вопросы со здоровьем, чтобы не выпадать из-за болезней. И продолжать строить ту систему жизни, в которой есть место и спорту, и семье.
— Если бы ты могла дать один совет себе той, что была в 2022 году, до всех этих перемен, что бы сказала?
— Сказала бы: «Не бойся жить по-настоящему». Не бойся менять планы, не бойся выходить из привычного сценария ради того, что для тебя по-настоящему важно. Спорт — это огромная часть жизни, но не вся жизнь. И иногда именно смелость сделать шаг в сторону — вроде бы «несвоевременную» беременность или год паузы — потом возвращает тебя в спорт сильнее, чем ты была раньше.
Сейчас я не делю себя на «маму» и «спортсменку». Я просто живу свою лучшую версию жизни, в которой есть место и ребенку, и медалям, и обычным человеческим радостям между тренировками.