У Загитовой все-таки будет своя школа? Проект дорожает, сроки сдвигаются, а идея жива
Летом 2023 года история с «школой Алины Загитовой» в Татарстане казалась практически решенным вопросом. 16 июня глава республики Рустам Минниханов на встрече с олимпийской чемпионкой публично предложил ей открыть в регионе спортивную школу фигурного катания, которая носила бы ее имя.
«Вы — мощный пример для молодежи. В республике уже накоплен опыт создания профильных спортивных школ. Мы готовы применить его и в фигурном катании», — заявил тогда Минниханов.
Уже в тот же день министр спорта Татарстана Владимир Леонов сообщил, что с Алиной начаты переговоры и в ближайшее время состоится детальная встреча. Встреча прошла достаточно быстро: вскоре, 23 июня, Леонов объявил, что школа имени Загитовой должна заработать уже в январе 2024 года.
По словам министра, речь шла не просто о группе на базе уже существующего катка, а о полноценной структуре:
он объяснял, что формируется юридическая схема учреждения, а также параллельно готовится техническое задание по созданию отдельного Центра фигурного катания на территории республики. План выглядел амбициозно: к концу 2023 года оформить школу юридически, а с января 2024-го запустить первые группы.
Сама Алина не ограничилась формальным согласием «дать имя» проекту. На следующий день после слов Леонова она подробно объяснила, почему раньше отказывалась от подобных предложений и почему сейчас решение все-таки созрело.
Она призналась, что запросы об открытии школы ее имени приходили давно, но каждый раз казалось, что момент не тот: не было уверенности, как грамотно выстроить тренерскую вертикаль, как собрать сильный штаб и не допустить, чтобы проект превратился в чисто именной. Именно возвращение в родной регион, по словам Загитовой, стало решающим аргументом.
Алина подчеркивала, что для нее важно не просто видеть свою фамилию на вывеске: результат воспитанников и качество тренировочного процесса кажутся ей принципиальными. Она заявляла, что готова работать и как тренер, но пока не в формате тотального погружения в повседневные занятия со всеми группами. На старте, по ее словам, ей хотелось бы больше включаться в организацию, построение системы, подбор кадров и регулирование ключевых процессов.
Министр спорта, в свою очередь, делал акцент на том, что участие Загитовой будет максимально глубоким. Он говорил, что школа имени Алины не станет формальной вывеской: олимпийская чемпионка должна была курировать селекцию, участвовать в отборе тренерского состава, проводить мастер-классы, отслеживать динамику подготовки и результаты фигуристов.
По плану, к концу 2023 года должна была быть полностью готова юридическая конструкция школы, определены возрастные группы, количество наборов и схема взаимодействия с будущим Центром фигурного катания. Тогда же обещали устроить большую презентацию проекта совместно с Алиной и подробно рассказать, как он будет устроен.
Отдельным блоком шла тема инфраструктуры. Обсуждался не только запуск школы на базе существующих объектов, но и строительство нового специализированного центра. Леонов объяснял, что вместе с мэрией Казани подбирается площадка под комплекс, формируется техническое задание, а идея — запустить саму школу в текущем году, а инфраструктурный объект возвести уже в следующем.
Уже в августе появились первые тревожные сигналы. По данным местных журналистов, инициатива открыть школу имени Загитовой исходила не только от властей, но и от самой Алины. При этом сообщалось, что она намерена самостоятельно формировать тренерский штаб и не планирует активно взаимодействовать с местными специалистами. Переезд в Казань фигуристкой, по этим сведениям, не рассматривался, как и тесная координация с региональной федерацией фигурного катания.
К концу 2023 года стало ясно, что идеальная схема на бумаге буксует в реальности. Проект оставался в стадии разработки: юридическая конструкция вырисовывалась, но ключевая проблема — финансирование — так и не была закрыта.
Дата запуска школы тоже поплыла. Изначально заявки о старте работы с января 2024-го звучали уверенно, но буквально за несколько дней до предполагаемого открытия Леонов сообщил о переносе: теперь целились на начало нового учебного года. Официально говорилось, что школа в существующем дворце спорта откроется позже, а сама Загитова, со слов министра, продолжала активно участвовать в подготовке: консультировала, изучала документы и концепции, вникала в детали.
7 февраля 2024 года Алина участвовала в «Битве школ» и в кулуарах снова напомнила о казанском проекте. Она отмечала, что детские турниры важны не только для юных фигуристов, но и для организаторов: можно «подсмотреть» удачные форматные решения, организационные приемы, которые она собирается перенести в свою будущую школу, где выступит именно как менеджер.
Спустя пять дней Загитова еще раз обозначила свои амбиции: заявила, что хочет совмещать роль тренера и управленца, не готова полностью отдать контроль кому-то одному и предпочитает лично держать в руках ключевые процессы.
Однако реальность вмешалась жестче, чем планировалось. После этих заявлений Леонов снова заговорил о сдвиге сроков и продолжении поиска источников финансирования. Причин было несколько: рост стоимости строительства, изменение смет, необходимость согласований. В результате сроки открытия по-разному пересматривались, а к марту 2025 года вопрос денег так и не был окончательно решен.
Казалось, тема школы Загитовой постепенно превращается в бесконечную историю. В мае 2025 года последовал новый информационный всплеск: стало известно, что чиновники Татарстана не согласовали один из вариантов проекта из-за чрезмерной стоимости — смета превысила миллиард рублей.
На этом фоне вновь выступил Леонов, пытаясь разрядить обстановку. Он отметил, что, несмотря на трудности, работа над концепцией вышла на финишную прямую: планируется создание крупного Центра фигурного катания, внутри которого будет функционировать либо академия, либо школа, связанная с именем Алины Загитовой. Подчеркивалось, что Алина по-прежнему вовлечена в процесс — участвует в проработке модели, обсуждает подходы к обучению, формирует свое видение подготовки спортсменов.
Почему проект так дорог и сложен
Стоимость в более чем миллиард рублей для подобного центра — не просто цифра «с потолка». В сметы обычно входят не только ледовые площадки, но и тренировочные залы «сухой» подготовки, восстановительные и медицинские блоки, общежитие или проживание для иногородних, отдельные кабинеты для хореографии и ОФП, системы кондиционирования льда и энергосбережения.
Если добавить сюда брендинг, современные технологии анализа прыжков и скольжения, возможные 3D и видео-системы, получается объект, который изначально не может быть дешевым. А если целью объявляется не просто «каток для массового катания», а центр, способный выращивать спортсменов уровня сборной страны, планка затрат растет в разы.
Роль самой Загитовой в этом проекте
Еще один ключевой вопрос — формат участия Алины. Она явно не хочет быть только «лицом на баннере». Ее заявления о том, что она любит контролировать процессы и хочет совмещать функции тренера и управленца, показывают, что речь идет о попытке выстроить собственную систему — с ее подходом к нагрузкам, психологии, работе с детьми и родителями.
Это одновременно и преимущество, и риск. С одной стороны, личное участие олимпийской чемпионки придает проекту вес и может привлечь сильных наставников и спонсоров. С другой — если она не готова постоянно находиться в Казани, возникает задача выстроить дистанционное управление, делегирование и систему отчетности, что для молодого проекта всегда непросто.
Почему без местных тренеров не обойтись
Информация о том, что Алина не стремилась активно взаимодействовать с местными специалистами, вызвала дискуссии в профессиональной среде. Любая региональная школа неизбежно опирается на кадры, которые живут и работают на месте — они ведут группы, закрывают ежедневную рутину, помогают юным спортсменам не только на льду, но и в быту.
Полностью «импортировать» тренерский штаб — дорого, сложно и зачастую конфликтно по отношению к уже работающей системе. Оптимальным вариантом для подобных проектов обычно становится смешанная модель: ядро — приглашенные специалисты высокого класса, вокруг — местные тренеры, которые проходят дополнительное обучение, перенимают новые методики и работают под единым стандартом.
Что даст школе статус Центра фигурного катания
Переход от простой формулировки «школа» к «Центру фигурного катания» меняет задумку. Это уже не только детские группы массового набора, а многоуровневая структура:
— начальная подготовка и массовое отделение;
— спортивные группы и отделение высшего спортивного мастерства;
— программы переподготовки тренеров;
— организация турниров и сборов.
В такой модели имя Загитовой может работать как магнит не только для детей, но и для специалистов: сюда смогут приезжать на сборы фигуристы из других регионов, проводиться семинары, мастер-классы, тестовые сборы кандидатов в юниорские и молодежные команды. Это приближает проект к формату настоящей академии.
Какие риски сохраняются
Главная угроза — затянуться в бесконечные согласования и корректировки смет. Чем дольше проект находится «на бумаге», тем выше вероятность, что экономическая ситуация поменяется, а первоначальные договоренности потеряют актуальность.
Добавим к этому человеческий фактор: у Алины своя насыщенная жизнь — шоу, съемки, поездки, личные проекты. У руководства республики — тоже множество приоритетов. Для сложных инициатив критично, чтобы кто-то каждый день «тащил» проект: сверял сроки, выбивал решения, объединял интересы подрядчиков, чиновников и спортивного сообщества.
Зачем Татарстану школа имени олимпийской чемпионки
При всех сложностях для региона такой центр — сильный имиджевый и стратегический ресурс. Татарстан за последние годы активно развивает спорт, и собственный флагманский проект в фигурном катании логично вписался бы в эту линию.
Наличие школы или академии имени действующей олимпийской чемпионки — способ закрепить за регионом статус точки притяжения талантов. Это влияет и на интерес бизнеса к спорту, и на выбор родителей, которые думают, где развивать детей. Для местных фигуристов возможность учиться и расти под брендом, связанным с Загитовой, сама по себе становится мотивацией.
Что ждет проект дальше
Судя по заявлениям чиновников, история еще не завершена: концепция Центра фигурного катания выстроена, но финансовый и организационный пазл до конца не сложен. Пока звучит одно главное: Алина не отказывается от участия и продолжает работать над тем, чтобы придать школе понятную форму — будь то в виде академии в составе крупного центра или отдельного учреждения под своим брендом.
На практике это означает, что разговоры о школе Загитовой в Казани вряд ли исчезнут. Формат, сроки и масштаб могут меняться, но сама идея — объединить имя олимпийской чемпионки, региональный ресурс и перспективу выращивать новых звезд фигурного катания — по-прежнему остается актуальной.